Мы говорим колониализм – понимаем Британская империя

0

Мы говорим колониализм – понимаем Британская империя. Мы говорим Британская империя – понимаем колониализм. Образ колонизатора в пробковом шлеме настолько плотно вошел в наш ассоциативный ряд, что любые рассуждения о колониях приводят к разговору о Британской империи. Империи над которой в 19 веке не заходило солнце. Самая большая из когда-либо существовавших империй, охватывавшая 22% земной суши и 24% всего её населения на рубеже 19 и 20 веков. КАКОЕ ЕЩЕ ВЕЛИЧИЕ ВАМ НУЖНО?!

Мифов про британское колониальное правление вагон и маленькая тележка, но мы их развенчивать не будем. Вместо этого мы расскажем вам историю того, как жители небольшого и довольно бедного островка построили эту огромную империю, которую нередко сравнивают с Римом и чей образ точно будет жить в веках.

В 16 веке Великобритания была все еще очень бедной, но гордой страной. Внутренние конфликты (династические, парламентско-роялисткие и религиозные) постоянно грозили утянуть страну в пучину кровавой резни и будут неотступно преследовать Британию чуть ли не до 19 века. Бедные относительно соседей земли и не самое многочисленное население приводили к тому, что деньги в казне водились, но небольшие. И пока континентальные страны осваивали заморские страны, в Англии завистливо смотрели на них и строили воздушные замки.

Так как у казны денег на экспедиции и колонизаторские проекты хронически не было, а вот у аристократии и торговцев они были, то государство дало добро разным частным компаниям за свой счет осваивать далекие земли. Власти официально давали разрешение, обещая защиту короны новым землям, при этом признавая все территориальные захваты частной собственностью. На этом роль государства исчерпывалась, зато политические элиты, в том числе и короли с королевами, могли стать пайщиками таких фирм. Звучит выгодно?

Это если забыть, что англичане успели к шапошному разбору. Территории Северной Америки мягко говоря были малоинтересны основным колониальным игрокам. Там было холодно, хуже земля, чем на юге, много агрессивных аборигенов, да еще и серебряные рудники местным были незнакомы. Т.е. делать абсолютно нечего. Голландцы только построили свой форт на Манхэттене чтобы контролировать торговлю и все. Французы будут долго запрягать, так как у них вообще ключевой проблемой будет объяснить населению – а накой ему валить из благословенной Франции. А вот англичанам не надо было – там хватало недовольных ситуацией и с уже заведенным трактором. Тем более, что им там обещали плодородные земли.

Правда, прибывшие в Америку колонисты, обнаруживали, что земля то там может и хорошая, но вот чтобы она начала приносить прибыль нужно в неё вложить очень много труда. Поэтому далеко не все колониальные компании и их колонии выживали. А надо было ведь еще и прибыль получать, чтобы пайщики были довольны. Тем не менее в Северной Америке англичане в 17 веке сумели плотно закрепиться.

Так как значительная часть колоний были частными, признававшими суверенитет короны, но управлявшиеся местными ассамблеями, то контроль за ними был довольно слабым на первых порах. Что естественно Лондону не нравилось и весь 17 век шел не очень последовательный процесс централизации и унификации управления с целью обеспечения сбора налогов и пошлин, а также замыкания экономической жизни колоний на метрополию. При этом у населения колоний был довольно странный правовой статус – их жители, даже происходившие от англичан, не имели всей полноты прав присущей жителям острова. Этот факт мало кого в колониях волновал, пока Лондон не начнет закручивать гайки.

Вас удивляет почему я не говорю об Ост-Индии (собсно Индии) и Вест-Индии (Карибский бассейн)? А потому что в 17 веке проникновение англичан туда носило ограниченный характер. Но вот в начале 18 века многое изменилось. Во-первых, Ост-Индская компания начала заваливать европейский рынок качественной индийской тканью (от чего кусали руки не только голландцы, которых из Индии методично выдавливали, но и английские сукноделы). А, во-вторых, в Вест-Индии произошла “сахарная революция”: на Ямайке и других островах захваченных британцами начали активно развиваться сахарные плантации.

Усиление позиций двух этих направлений бизнеса совпало по времени с почти 50-летним периодом полного государственного самоустранения от колониальных дел. Формально старые довольно жесткие таможенные законы продолжали действовать, но вот исполняли их не очень. Особенно в 13 североамериканских колониях. Королевские чиновники там настолько погрязли в коррупции, что фактически власть на местах осуществляли вновь местные ассамблеи. Таможенная служба подчинялась местным кланам, а контрабанда стала едва ли не основным источником доходов для многих из местных заправил.

И вот от всего этого немножко начало бомбить у Ост-индской компании и вест-индийцев, так как контрабандисты возили в североамериканские колонии те же товары, что могли бы возить они. Естественно, так как, что в лондонском сити, что в парламенте, было множество пайщиков колониальных торговых фирм, то во второй половине 18 века начинается довольно резкий разворот в сторону не только ужесточения законов, но и их исполнения. Последней же каплей стало то, что во время Семилетний войны дельцы североамериканских колоний умудрялись продавать припасы французам, с которыми шла война.

Привыкшие за 50 лет к вольнице колонисты Северной Америки от последовавшего закручивания гаек фрустрировали и после 20 лет попыток добиться возврата к старым-добрым денькам, устроили всем известную гражданку, которую красномундирники с треском проиграли, да еще и чуть не улетели при этом в международную изоляцию. Это был даже не щелчок по носу, а хороший такой удар в челюсть.

И вот казалось бы. От Британской империи отвалился огромный кусок, едва ли не половина всех колониальных владений на тот момент. Такой удар должен был повлечь за собой дальнейший парад суверенитетов и пир стервятников на руинах империи. Но у прочих империй дела тоже шли не лучше, а начавшаяся вскоре французская революция и наполеоника и вовсе свяжет всем руки… Всем, кроме Великобритании. Пока остальные колониальные империи рушились, англичане взяли себя в руки. Во-первых, они сразу после войны с США серьезно реформировали систему управления колониальных владений, начав последовательную их централизацию и унификацию. Частный интерес в освоении колоний никуда не делся, но колониальные чиновники теперь все больше были слугами короны, нежели торговой кампании или местных ассамблей. Это к середине 19 века приведет к интеграции всех колониальных правительств в систему имперского управления.

Во-вторых, пока европейские колониальные державы аутировали из-за одного Корсиканца, бриты начали подбирать плохо лежащие колониальные владения и выдавливать конкурентов из спорных территорий. При этом цели покрасить весь мир в свои цвета у англосаксов не было. Отнюдь, их интересовало лишь расширение собственной торговли и её безопасность. О чем вообще многие забывают. Просто задумайтесь, что колонии с населением в порядка 250 миллионов человек на пике мощи Британии удерживала тонкая красная линия в 300 тысяч солдат и офицеров. Они чисто физически не смогли бы завоевать весь мир. Но им это и не было нужно. Ведь вся эта империя строилась для того чтобы торговать и получать прибыль, а не ради самих по себе колоний.

Причем очень важно понимать, что рентабельной была только торговля теми товарами, которые обеспечивали высокую маржинальность. А немалую часть стоимость товара формировала цена доставки, сильно зависящая от длительности маршрута. Поэтому то трансатлантическая торговля с довольно небольшими расстояниями относительно торговли с Азией позволяла с меньшими рисками заработать на торговле товарами массового спроса (сукно, инструменты ремесла и т.д.) едва ли не больше, нежели чаем, специями и индийскими тканями высокой выделки. Потому как пока корабль совершал один рейс в Индию можно было сделать несколько рейсов в Америку.

Поэтому то почти до самого начала 20 века и появления массовых пароходов, а так же Суэца, сократившего путь в Азию, африканские и азиатские колонии Британии были в меньшей степени источником ресурсов для промышленности, в большей – колониальных товаров и налоговых поступлений. Ок, но ведь колония может быть рынком сбыта! Может, но чтобы она им стала там должен быть платежеспособный спрос, а он, внезапно, есть там, где много колонистов. Ну как бы много сукна купит африканское племя тумба-юмба, живущее в соломенных хижинах? Немного. Поэтому чтобы колонии стали рынками сбыта товаров их нужно было развивать, хотя бы для колонистов.

Белый человек ведь не будет жить, как местные, он захочет ходить в привычной одежде, есть привычную еду, иметь привычные удобства. Но не везти же все это постоянно из метрополии? Поэтому на месте возникали заводики, где производили то, что слишком дорого везти из метрополии из местного же сырья. Строились железные дороги, школы, больницы. Да, обслуживали они в первую очередь колонизаторов, так как только у тех был платежеспособный спрос. Но местным работягам тоже перепадали блага. И все это ради бесперебойной работы торговых маршрутов. А главное было установить контроль над их ключевыми точками.

Что вообще-то можно сделать и без колоний, достаточно открыть факторию и выбить для неё широкие торговые привилегии. Делать это можно, конечно, силами армии, но часто хватало и дипломатов. Ушлый дипломат мог добиться успеха одной лестью и деньгами, там, где даже многочисленные армии могли потерпеть поражение.

И вот именно это и есть суть британского колониализма – интересы британской торговли в 19 веке охватившей весь мир, хоть и опирались на колонии, но были гораздо шире их. Нельзя было даже пукнуть, чтобы об этом не узнали торговцы и банкиры в лондонском сити и не оценили насколько этот пук повлияет на их прибыли. Колонии были зримым показателем мощи Британии, но незримая торговая империя была гораздо шире.

И вот представьте себе английского джентльмена с тросточкой, который куда бы не прибыл, видит, как преображаются в лучшую сторону любые территории, где есть присутствие парней в пробковых шлемах. Как дикость и варварство, отступают под натиском цивилизации И неважно где ты – в Египте, Занзибаре, Бенгалии или Кантоне. Ты везде видишь, как похорошела жизнь людей при королеве Виктории. И вот как тут не возгордиться? Как не посчитать, что ты прогрессор, который выведет эти заблудшие души к цивилизации? И многие так и считали. Если еще в начале 19 века в парламенте шли споры о необходимости колоний, то в конце 19 вопросов уже не было: у Pax Britannica появилась идея, которая объясняла её существование не только пошлым “нужно больше золота”.

Так что да, когда британцы будут сравнивать свою империю с великим Римом, они будут не столь и не правы. Только если у римлян “нашим морем” была средиземноморская лужа, то у Британии это были все океаны, а иначе и не могло быть у величайшей империи всех времен.

To thee belongs the rural reign;
Thy cities shall with commerce shine:
All thine shall be the subject main,
And every shore it circles thine.
Rule, Britannia! Britannia rule the waves:
Britons never will be slaves.

Добавить комментарий