Шах Ирана Мохаммед Реза Пехлеви и его САВАК

0

“Никаких адвокатов, никакой состязательности суда – для того, чтобы бороться с инакомыслием, они не нужны. САВАК выполнит роль следователя, прокурора и тюремщика. Это Иран Хомейни? Нет, это шахский Иран”

(это – вторая заметка, которая должна предшествовать статье о репрессиях в армии Ирана после революции)

САВАК, в Европе известный также под названием «SAVAK» (перс. «Sazman-e Ettela’at va Amniyat-e Keshvar») — Министерство государственной безопасности Ирана времён правления шаха Мохаммеда Реза Пехлеви (1957—1979) (С) – Википедия.

У некоторых людей, читающих об Исламской революции, часто складывается не совсем правильное впечатление об Иране дореволюционном. Иногда (справедливости ради, эта точка зрения не является доминирующей) его даже представляют как такую своего рода ближневосточную Швейцарию – красивую богатую вестернизированную страну практически без внутренних конфликтов.

Может даже сложиться впечатление, что Иран был буквально недостоин своего гениального шаха-реформатора. Тот и дороги строил, и космонавта в космос запустил, и университеты открывал, а его исламисты выкинули из страны и устроили диктатуру. Реальность была несколько прозаичней – за фасадом из мини-юбок, ядерной программы и глянцевых журналов скрывались вещи столь неприглядные и страшные, что о них и писать-то не очень хочется.

Главная проблема шаха Пехлеви была не в том, что он был диктатором, а в том, что он был весьма плохим диктатором. Как и всякий диктатор, он опирался на свою тайную полицию. И в деле устрашения несогласных с его политикой и просто подозрительных личностей она достигла совершенно удивительных высот. Ну или пробила дно, тут смотря как смотреть.

САВАК — это слово до сих пор прекрасно знакомо любому иранцу, которое перестало вызывать страх не так давно. Всесильное министерство внутренней безопасности Ирана, эдакое КГБ с ближневосточным колоритом. Самое удивительное, что как таковой тайной полиции в Иране не было очень долго — буквально до начала пятидесятых годов. Не совсем понятно почему — то ли Реза Шах (отец последнего императора Ирана Мохаммеда Резы Пехлеви) просто не нуждался в подобной организации, то ли (что вероятнее) его тогдашние патроны — британцы — просто не очень хотели давать ему излишнюю самостоятельность в подобных вопросах. А потом Резу Шаха британцы и вовсе изгнали из страны, заменив собственным сыном. Но это отдельная история.

В пятидесятых годах в Иране случилось два важных события. Во-первых, произошла (и провалилась) грандиозная реформа Мохаммада Мосаддека, премьер-министра, главной целью которого было избавление от иностранного контроля над иранской нефтью (и до кучи от собственного шаха). Вообще, с точки зрения автора, Мосаддек был чуть ли не самым грамотным, последовательным и адекватным реформатором за всю историю Ирана. То есть он действительно понимал, что он делает, зачем он это делает и как сделать хорошо.

Американцы и британцы не могли простить ему такой вольности, и Мосаддека оперативно свергли “обеспокоенные сторонники шаха”. Тогда же стало понятно, что инфраструктуры британской разведки недостаточно для гарантированного контроля за экспортом нефти, а потому шаху наконец позволили иметь собственную структуру госбезопасности. Второй причиной появления САВАК было растущее влияние американцев, которые изначально были сторонниками появления собственно иранских спецслужб.

Пожалуй, всё же была ещё третья причина: растущее влияние левых идей и появление коммунистических партий, причём совершенно разных: от “красного ислама” до сторонников вполне классического марксизма. Коммунистам в Иране всегда жилось плохо: их преследовали и сторонники шаха, и сторонники аятоллы — разве что при правлении Мосаддека им жилось более или менее спокойно. Всё это привело к тому, что в конце концов у шаха появился САВАК.

До Мосаддека в Иране было два основных центра силы: аппарат шаха и парламент-меджлис. После него с “двоевластием” шаха и Меджлиса было очень быстро покончено — теперь любая оппозиция каралась быстро и жестоко. САВАК как организация (и Теймур Бахтияр как её первый глава), начали свой путь с арестов и казней коммунистов и сторонников свергнутого премьера Мосаддека. Теперь проблема была в другом: для новосозданной организации нужны были компетентные, а главное — преданные кадры. Ну, то есть можно сравнительно быстро обучить солдат. Можно обучить полицейских. Но нельзя за несколько лет построить собственную эффективную контрразведку на пустом месте.

Впрочем, на пустом месте строить и не потребовалось — свою помощь иранцам тут же предложили ЦРУ, МИ-6 и, внезапно — израильские Моссад и ШАБАК. Роль сотрудников последних двух организаций до сих пор не вполне понятна: считается, что они обучали своих иранских протеже самым базовым вещам в работе контрразведчика и были своего рода техническими специалистами на различной специальной инфраструктуре.

Первый успех случился с САВАК почти сразу: меньше чем через год после формального создания организации её оперативники сумели обнаружить огромную сеть коммунистической оппозиции в собственных вооруженных силах и нефтяной промышленности. САВАК действовала быстро, жестоко и эффективно: значительную часть арестованных в итоге просто расстреляли. Во избежание, так сказать. Огромную роль в этом успехе сыграли американцы — буквально до конца пятидесятых годов в Тегеране на постоянной основе находилась команда сотрудников ЦРУ, которая занималась обучением иранцев. Помимо прочих, в ней состоял Герберт Шварцкопф, отец Нормана Шварцкопфа – командующего американскими силами во время войны в Заливе.

Вскоре САВАК перестал быть просто тайной полицией — нет, он получил практически всеобъемлющие права, чему очень способствовал крайне нечёткий уголовный кодекс того времени. САВАК расследовал деятельность противников шаха, арестовывал их, мог содержать под стражей сколь угодно долго без предъявления обвинения, выбивал признания, и в конце концов — исполнял приговор. Сначала работали контрразведчики — потом люди САВАК меняли шляпы шпионов на костюм прокурора. Дела “противников режима” рассматривались не общегражданским судом, а военным трибуналом, и, как правило, тайным. Никаких свидетелей. Никаких адвокатов. Всё что нужно для того, чтобы отправить человека за решетку — слово сотрудника САВАК.

Для понимания, работа советского КГБ с советскими же диссидентами по сравнению с иранцами — это весьма гуманное мероприятие. В Иране не церемонились, не искали формальных поводов отправить человека в психушку или куда-то ещё. Если человек начинал создавать проблемы — он просто исчезал.

Справедливости ради, по числу политзаключенных Иран был лишь в третьем десятке стран — ниже Кубы, Восточной Германии или Пакистана. Но при этом те способы, которые иранцы использовали для ведения следствия, ужасали. Пытки были не просто узаконены — они цинично разделялись на несколько “уровней” в зависимости от целей применения. В статье NYT 1979 года бывший сотрудник САВАК рассказывал, что лично он пытал сотни людей совершенно различными способами.

Жертвами иранской политической полиции становились совершенно разные люди, и тут не было какой-то зависимости кроме одной: подозрения в нелояльности. Военные и гражданские, учителя и религиозные деятели — все могли попасть под подозрение. Особенно сильно преследовали любую политическую оппозицию: фактически, пресловутые “Моджахеддин хальк”, известные как главная оппозиция в исламском Иране, при шахе были ничуть не менее любимы. Общее количество жертв САВАК назвать сложно: число будет сильно зависеть от политических предпочтений называющего. Почти наверняка можно сказать, что оценка числа пострадавших может начинаться от 100 000 человек.

К концу своего существования САВАК обладал гигантской сетью осведомителей и контролировал почти все внутренние процессы в стране. Глава САВАК был одним из влиятельнейших людей в Иране – правда, из четверых её бывших начальников трое были расстреляны, а четвёртый закончил жизнь в изгнании. После Исламской революции ситуация переменилась. Большинство офицеров САВАК, не успевших сбежать из страны, были арестованы и казнены. Многие рядовые сотрудники оказались в тюрьме.

Исламская революция гигантской волной смыла многие институты, созданные шахом Пехлеви. Пожалуй, САВАК был единственной структурой, гибель которой приветствовали вообще все слои иранского общества. Иранские революционеры в 1979 году совершили множество чудовищных вещей. Впрочем, есть очень большие сомнения в том, что они сумели превзойти своих предшественников в их печальной славе самой пугающей организации Ирана.

Такие дела.

Фото: стена с фотографиями иранских политзаключенных/современная иранская “реконструкция” офиса САВАК и иранской тюрьмы

Добавить комментарий